Наталья Рыбак: норвежцы хотят вычеркнуть Брэйвика из памяти

Статья была опубликована на сайте www.svaboda.org 23.07.2012

Автор: Игорь Карней

Ссылка на оригинал статьи на белорусском здесь

Александр Рыбак с родителями

22 июля исполнился год с момента террористического акта, совершенного в столице Норвегии Осло и на прибрежном острове Утойя гражданином этой страны Андерсом Брэйвиком. Жертвами двойного теракта стали 77 человек – преимущественно молодые люди, участвовавшие в мероприятиях норвежской рабочей партии. Как отразилось чрезвычайное происшествие на жителях этой северной страны, которая считалась чуть ли не образцом спокойствия и толерантного отношения к представителям разных наций и вероисповеданий?

Белорусская семья Рыбаков живет в Осло вот уже два десятка лет. Как и многие другие, в начале 1990-х тогда еще молодые музыканты уехали на Запад в поисках достойной жизни. И были правы: последние три года норвежские Рыбаки известны по всему миру – прежде всего благодаря сыну Александру, который в 2009-м триумфально победил на песенном конкурсе «Евровидение». Наталья Валентиновна, мама Александра, говорит, что за это время они стали чувствовать себя в Норвегии как дома, поэтому все неприятности воспринимаются чрезвычайно остро. Тем более что тот взрыв стоит в ушах буквально до сегодняшнего дня:

«Все мы были в тот момент в Осло, правда, в разных местах. Я была дома, как раз приехала в гости из Минска моя мама. Наши окна выходят как раз на фьорд и на город, поэтому мы не только слышали, мы видели этот взрыв. Это сейчас мы уже понимаем, что случилось, а тогда ничего не было известно – то ли лодка взорвалась, или еще что-то. Одним словом, вариантов было много, но ни в коем случае не такой страшный. То есть, мы видели этот взрыв из окон нашего дома. А Саша в этот день выступал в Драммэне – это в получасе езды от Осло, после чего отправился на другой концерт. И вот тогда он проезжал рядом с Утойей – тем островом, на котором этот человек расстрелял так много людей. Какие-то странные совпадения, но он был там как раз перед тем, как приехал этот преступник и переправлялся туда на лодке. Мы потом посмотрели по времени ».

Наталья благодарит Бога, что никто из родных не пострадал, но у людей, с которыми она общается, и в Осло, и на Утойе погибли близкие люди:

«К счастью, из нашего окружения никто не пострадал, но, тем не менее, Норвегия – это такая маленькая страна, что все каким-то образом были затронуты. Вот, казалось бы, мы – я же не норвежка, но оказалось, что на этом острове погибла девочка, отец которой работал в той же школе, где я играю. На этом же острове находились четыре ученика из числа моих бывших воспитанников. То есть, каждый каким-то образом был затронут – то ли соседи, то ли родственники, то ли друзья, то ли любимые. Одним словом, никто не остался в стороне от этой трагедии».

Местные жители хоть и страдают физически и морально, но, как говорит Наталья Валентиновна, публичных проявлений агрессии или мести нет. Был случай, когда из судебного зала в сторону стеклянной клетки Брэйвика полетел ботинок, однако это единичный пример:

«Вы можете увидеть из процесса, что это народ действительно не агрессивный. Да и в какой еще стране так долго обсуждалось бы это, без всякого сомнения, страшное преступление? Тем не менее, здесь постоянно взвешиваются все «за» и «против», может ли он быть наказан за свое преступление, или он просто больной-шизофреник – даже не знаю, как назвать эту болезнь. То есть, это действительно страна, которая вполне вписывается в демократические стандарты.  Они с необычайным уважением относятся к людям из других стран, к представителям других национальностей.

Безусловно, могу отметить, что в последнее время настроения заметно изменились, и даже не в связи с этим террористическим актом. А в связи с тем, что стали проявляться неприятные аспекты того, что в Норвегию приехало много людей из разных мест – а это разные культуры, которые абсолютно не стыкуются с норвежском представлением о том, что такое хорошо, а что плохо. Поэтому, конечно, реальность изменилась. Понимаете, 15 лет мы попросту не запирали дом. Уходили на работу и наш дом по-существу был открыт. Двери были закрыты, но на замок  мы их не ставили. И мы были не одни такие. А теперь начали запирать машины, стали запирать дома. Наш премьер-министр постоянно ходил без охраны, но с 2005 года его сопровождают телохранители. Он сказал, что не может иначе, потому что ему тоже угрожают. Страна, которая была тихим островом в шумном европейском мире, к сожалению, уже изменилось».

Наталья Рыбак акцентирует внимание на том, что большое число норвежцев хочет попросту стереть все упоминания о преступнике Брэйвике, чтобы в будущем ничего не напоминало о самом существовании такого страшного человека:

«По одному из телеканалов передают весь процесс – не озвучивая, а только подтекстовка идет с картинкой. Но есть большая группа людей, которые в принципе не хотят ни видеть, ни слышать его, не хотят видеть его имя. Я считаю, что о нем вообще не надо было писать ни в газетах, ни давать никакие его съемки. Его надо было просто вычеркнуть. А суд разберется. Наконец, там же профессионалы и у обвинения, и в защите. Речь, прежде всего, должна идти о памяти погибших, о поддержке людей, потерявших своих близких. Это – самое главное. И в основном все думают также об этом. Кстати, Утойю они также будут преобразовывать, чтобы не было тех страшных воспоминаний, они не хотят ее делать памятником трагедии. Наоборот, хотят изменить, чтобы плохие воспоминания были убраны, чтобы ничего не напоминало про этого ужасного человека.

Поэтому по всей стране готовились к этому событию, широко говорили о нем и на острове, и в Осло. В большом соборе была служба, много концертов. Вообще-то после той трагедии очень многие музыканты, артисты откликнулись творчески. Это их переживания, их реакция на то, что произошло. Даже Александр написал произведение для симфонического оркестра и скрипки. Мне кажется, оно очень трогательное. Он его исполнял на концерте. То есть, много было концертов, много встреч. На самом острове встречались люди, правительственные делегации. Но не дай Бог, конечно, ничего подобного никому, ни одной стране, ни одном народу».

Андерс Брэйвик был задержан в день преступления. Более полугода длилось следствие, и только в апреле 2012-го начался самый громкий в истории Норвегии судебный процесс. Брэйвик так и не признал вины, а своих жертв назвал «предателями», которые не заслуживают прощения – мол, это они открыли страну для иммигрантов и сторонники мультикультурной политики. Извинился только перед «случайными жертвами», не связанными с «преступным правительством». Окончательный вердикт по делу самого страшного террориста Норвегии пока не оглашен – все будет зависеть от того, признают ли эксперты Брэйвика шизофреником. В случае признания его виновным и психически здоровым ему грозит 21 год лишения свободы.

В биографии норвежского террориста № 1 неожиданно отыскался и белорусский след. Спецслужбы обнаружили, что в 2005 году Брэйвик посещал Минск. В ходе допроса обвиняемый сам признал, что посещал Беларусь ради встречи с подругой, с которой познакомился через интернет. Сама девушка, которая после этого уехала в США, сотрудничать со следствием отказалась. При этом в своей «книге-манифесте”, которую во время обыска обнаружили спецслужбы, Брэйвик писал, что посещал Беларусь для изучения последствий Чернобыльской катастрофы и чтобы посетить «могилы викингов».

Эта статья также доступна на English

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *